«Открытые системы»

В силу объективных и субъективных причин искусственный интеллект остался в стороне от столбовой дороги компьютерной отрасли

Нынешним летом исполняется ровно 50 лет, как появился термин «искусственный интеллект». Это были непростые годы: на смену периоду больших ожиданий и надежд пришли иные времена. Нынешнее состояние дел в области искусственного интеллекта назвали «зимой» еще в конце 70-х — по аналогии с «ядерной зимой». Очевидный пессимизм метафоры не означает, что искусственный интеллект больше не развивается вовсе; скорее, в ней отражается реалистическая оценка его истинного потенциала и разочарование, вызванное несбывшимися обещаниями. Поколение ученых, опрометчиво суливших человечеству златые горы, по большей части успело сойти со сцены. Во времена холодной войны на перспективы использования искусственного интеллекта в военных целях возлагали большие надежды, отсюда главное — финансирование и вызванное им ослепление. Задачи же ставились неподъемные. Скажем, 30 лет назад американским военным потребовался синхронный машинный перевод с русского языка на английский. О близкой возможности ее решения заговорили серьезно, но, как теперь известно, эти обещания остались обещаниями до сих пор. Впрочем, есть и положительные примеры; так, в DARPA утверждают, что экономия на управлении войсками с использованием средств искусственного интеллекта во время Войны в Заливе компенсировала все затраты на их разработку начиная с 50-х годов.

По мнению Джефа Хоукинса, прежние попытки создания интеллектуальных машин потерпели неудачу потому, что в мозге видели компьютер, а он в действительности является системой хранения данных. По его мнению, такой подход позволит решить проблемы, не решаемые традиционными средствами

«Зима искусственного интеллекта» парадоксальна тем, что спровоцировавшие ее были неофитами, специалистами второго эшелона. Именно они страдали излишним оптимизмом, в то время как отцы-основатели оставались сдержанными в своих оценках. Ни Марвин Минский, ни Джон Маккарти не переоценивали потенциал искусственного интеллекта, но людям всегда хотелось чуда, и находились те, кто его обещали. Свои наивные представления о мыслящей машине они издавна воплощали в сказках; в беллетристике первыми были романы-фантазии «Франкенштейн» Мэри Шелли и «Р. У. Р.» Карела Чапека После публикации работ по кибернетике Артуро Розенблюта, Норберта Винера, Джулиана Бигеллоу, а также «Вычислительной машины и интеллекта» Алана Тьюринга, где был сформулирован тест на разумность, появилась возможность сделать попытку перехода от сказки к реальности.

Признанным отцом самого термина Artificial Intelligence является Джон Маккарти. Он, как и многие другие, начинал в Массачусетском технологическом институте, где сотрудничал с Клодом Шенноном и Джоном фон Нейманом. В начале 50-х годов Маккарти увлекся идеей создания мыслящей машины и смог получить от Рокфеллеровского фонда грант на проведение исследований в этой области. Практическое начало искусственному интеллекту было положено проведением в 1956 году знаменитой летней Дартмутской школы. Итогом этой акции стало рождение нового научного направления. Правда, сам Маккарти остался не удовлетворен результатами состоявшегося мозгового штурма. В дальнейшем он посвятил себя более практичным темам, в частности языку LISP и системам разделения времени; одним из первых он предложил представлять вычисления в форме услуг, то есть то, что сегодня называют utility computing.

Следующие шаги в области искусственного интеллекта были сделаны там же, в знаменитой лаборатории MIT AI Labs, позже переименованной в MIT Computer Science and Artificial Intelligence Laboratory. Одним из основателей лаборатории был Марвин Минский. Вместе с Сеймуром Паппертом, разработчиком языка LOGO, он написал классический труд Perceptrons, посвященный критическому анализу искусственных нервных систем. Книга оказалась не столько позитивной, сколько критической, после ее публикации работы в этом направлении были прекращены. Продолжая исследования, в том числе философские, Минский выступал во многих других качествах; в частности, он был консультантом фильма «2001: Космическая одиссея», ему принадлежит и научная идея фильма «Парк юрского периода».

Ни Маккарти, ни Минский не боролись за чистоту мундира, однако с первых шагов искусственного интеллекта усилиями их последователей сложилась странная ситуация. Сообщество причастных к новому направлению разделилось на два лагеря, между которыми началась священная война. Один лагерь — «чистых» (neats), или, скорее, чистоплюев, второй — «грязных» (scruffies). Первые были приверженцами формальных методов, таких как логика или прикладная статистика, вторые были готовы сделать что угодно, лишь бы оно работало. Для «чистых» было важно, чтобы их аргументы были доказательны и полны, кроме того, их волновала связь человеческого и искусственного интеллекта. «Грязным» же было достаточно наличия каких-то эмпирических доказательств и создания действующих систем. И Минский, и Маккарти были в числе «грязных». Их не интересовали высокие проблемы и обобщения, связь искусственного интеллекта с человеческим и другие проблемы «космического порядка». Маккарти говорил об этом прямо и откровенно. Они оставались в большей степени инженерами. Тем не менее в силу социальных и других особенностей академических сообществ среди тех, кто занимался искусственным интеллектом, «чистые» оказались в большинстве, что привело к массовому увлечению малопродуктивным теоретизированием. Именно отрыв от реальной жизни оказался одной из основных причин наступления «зимы искусственного интеллекта».

В СССР, где был избыток специалистов с высокой математической и философской подготовкой и хронический недостаток материальной базы, сложились благоприятные условия для деятельности «чистых». Отсюда массовое увлечение искусственным интеллектом, колоссальное количество публикаций, семинаров, защищенных диссертаций и полученных ученых званий. Наибольшей известностью пользовался научный семинар «Искусственный интеллект и проблемы его построения» (ранее носивший название «Эвристическое программирование в экономической кибернетике»). Он был организован в 1967 году по инициативе академика Акселя Берга. Основная идея семинара заключалась в том, чтобы перейти от изучения живых прототипов — механизмов мозга человека и высших животных — через математическое моделирование найденных законов, принципов и механизмов к построению автоматов, обладающих разумным поведением.

Разделение на «чистых» и «грязных» сохраняется и поныне. Лаборатория MIT AI Lab по-прежнему сосредоточивает внимание своих сотрудников на решении таких «простых» задач, как проблемы машинного зрения, имитация движений, распознавание речи. Но есть и другие примеры. Джеф Хоукинс, основатель компании Palm Computing, написал года два назад книгу «Об интеллекте. Новое понимание мозга, которое приведет к созданию по-настоящему интеллектуальных машин». Он убежден, что прежние попытки создания интеллектуальных машин потерпели неудачу потому, что в мозге видели компьютер, а он в действительности является системой хранения данных. Хоукинс выражает уверенность в том, что такой подход позволит решить проблемы, не решаемые традиционными средствами.


Джон Маккарти (род. в 1927 году) окончил Высшую школу Белмонта, в 1948 году получил степень бакалавра математики в Калифорнийском технологическом институте, а в 1951-м — докторскую степень по математике в Принстонском университете. После этого Маккарти еще два года работал в этом университете, затем получил должность доцента в Стэнфордском университете. С 1958 по 1962 год он преподавал в Массачусетском технологическом институте (МИТ), после чего вернулся в Стэнфорд, где оставался до ухода на пенсию в 2000 году. В МИТ во время пребывания там Маккарти сформировалось самостоятельное направление информатики, которое оказалось исключительно близким Маккарти. Предложенный им функциональный язык программироваия Lisp можно в большой степени считать воплощением идей этого направления. Кроме того, в 1961 году Маккарти первым обнародовал идею разделения машинного времени и еще в то время высказал возможность предлагать вычислительные ресурсы по принципу коммунальных услуг (подобно подаче электричества или воды). Сейчас Маккарти носит звание заслуженного профессора Стэнфордского университета и выступает с комментариями международных событий на своем Web-сайте, проводя идею «устойчивости прогресса».


Марвин Мински родился в 1927 году в Нью-Йорке, где и получил начальное образование сначала в колледже Филдстона, затем в Высшей научной школе в Бронксе. В 1944 году он поступил на службу в ВМС США. Затем продолжил образование сначала в Гарварде, где в 1950 году получил степень бакалавра, потом в Принстонском университете, где в 1954 году защитил докторскую степень. Еще во время обучения, в 1951 году, Минский разработал первую обучающуюся машину на базе нейронной сети SNARC, а в 1956 году — конфокальный сканирующий микроскоп (предшественник широко используемого сейчас конфокального лазерного сканирующего микроскопа), а также графический дисплей, надеваемый на голову. С 1958 года Мински работает в Массачусетском технологическом институте, сейчас занимает должность профессора электротехники и информатики. В 80-х годах он с рядом ученых продемонстрировал нейронную сеть, способную к самовоспроизведению в соответствии с заданной программой обучения. Фактически это был искусственный мозг, который рос по мере обучения практически аналогично тому, как развивается человеческий мозг. Мински выступал научным консультантом знаменитого фильма Стенли Кубрика «Космическая одиссея: 2001».


Аксель Берг (1893-1979) окончил Морской корпус в 1914 году, и участвовал в Первой мировой войне штурманом линкора «Цесаревич». C 1916 по 1924 год Берг служил на подводных лодках Балтийского флота, будучи штурманом, а затем командиром, совмещая службу с учебой сначала в Первом Петроградском политехническом институте, затем в Военно-морской академии. Он закончил академию в 1924 году, после чего перешел на преподавательскую работу. В 1927 году Берг занял свой первый административный пост председателя секции радиосвязи и радионавигации Научно-технического комитета ВМС РККА. В декабре 1937 года по обвинению во вредительстве Берга арестовали. Однако в 1940 году его реабилитировали, вернули воинские звания, а в 1941 году ему было присвоено воинское звание инженер-контр-адмирала. В 1953-1957 годах Берг был заместителем министра обороны СССР по радиоэлектронике, а в 1951 году он стал первым директором нового Института радиотехники и электроники (ИРЭ). Важным достижением Берга стало создание Научного совета по комплексной проблеме «Кибернетика» (НСК) при Президиуме АН СССР. Он был создан в 1959 году, а в 1961 году получил статус научно-исследовательской организации АН СССР.

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями