Производители защищают клиентов от «серых» сотовых телефонов

Инга Чурашова, менеджер по маркетингу представительства компании Motorola, демонстрирует «серый» телефон, в быту ничем не отличающийся от «белого»

Рост российского рынка сотовой связи заметили в Европе. Правда, по печальной причине: импорт «серых» (строго говоря — не обязательно «серый импорт») телефонов в нашу страну стал сказываться на бизнесе европейских операторов сотовой связи. Ну и на объемах продаж «законных», то есть предназначенных для продажи в России телефонов. Последнее обстоятельство побудило представителей пяти ведущих производителей — Alcatel, Motorola, Nokia, Panasonic и Siemens (первоначально ожидалось еще и участие Samsung и Philips) 15 марта выступить «в защиту прав российских потребителей», которые по незнанию покупают «серые» телефоны, отчего могут существенно пострадать, если аппараты откажут в самый неподходящий момент.

Факторов, породивших указанную проблему, три: ценовая политика производителей (доходы россиян меньше, а стоят «законные» телефоны в России дороже), длительность процесса сертификации новых устройств (он растягивается на месяцы) и борьба европейских операторов за долю рынка. Первые два комментариев не требуют, «борьба» же приводит к тому, что европейские компании, продающие «трубки» оптом или в розницу, получают от операторов субсидии на покупку «локированных» аппаратов, то есть запрограммированных на работу с определенными операторами. После продажи телефона и активации его в соответствующей сети реселлеру поступают от оператора комиссионные. Таким образом, по замыслу, оператор за счет субсидирования аппарата имеет дополнительных клиентов, клиент — дешевый телефон, продавец аппаратов — рост оборота и комиссионные. Однако продавец может самостоятельно активировать аппарат, получить комиссионные... и продать его на сторону — в страну, где «законные» цены выше, а предложение — ниже. Телефон подвергается процедуре снятия привязки к западному оператору (так называемой «разлочке»), после чего — при грамотном ее проведении — отличается от поступившего по легальным каналам аппарата отсутствием одних значков на корпусе (скажем, ростестовского), наличием других (эмблемой западного оператора) и, разумеется, низкой ценой. Установить же русскоязычное меню труда не составляет.

Пока сотовая связь в России пребывала в зачаточном состоянии, утечка телефонов не беспокоила операторов, а российские офисы производителей соответственно не были озабочены правами потребителей. Ныне же объем рынка «трубок», по прозвучавшей на пресс-конференции оценке, достиг 250 млн. долл., из которых доля нелегальных аппаратов составляет «от трети до двух третей».

Казалось бы, проще всего последить за западными продавцами телефонов (в конце концов, именно они перепродают «дотационные» телефонов «налево»). Однако «там» эта проблема волнует лишь местных операторов: у европейских офисов производителей от оттока телефонов за границу вверенной им территории объем продаж лишь повышается. И ожидать, что они предпримут какие-либо меры во спасение бизнеса российских коллег, вряд ли стоит (тем более, как утверждается, что по западным законам привлечь дистрибьюторов за нецелевое использование телефонов невозможно). Другой вариант: юридически помогать потребителям, добросовестно приобретшим «серый» телефон, обменять его на легальный, да еще с компенсацией морального ущерба, что нанесет существенный урон продавцам «серого» товара. В конце концов — поспособствовать серьезной проверке торговых точек и опубликовать информацию про тех, кто продает некондицию, при этом именуя себя «партнером» производителя. А еще можно снизить цены и/или обеспечить сервис устройств независимо от того, в какой стране они были куплены.

Однако пока из всех защитных мер налицо лишь введение некоторыми производителями особой маркировки для устройств, поставляемых в Россию, ознакомиться с которой можно на соответствующих сайтах. Кроме того, их российские сотрудники призвали журналистов, у которых телефоны тоже далеко не все «белые», разоблачать в СМИ вредоносность серого импорта. Еще «ведется работа» по сокращению сроков сертификации устройств российскими компетентными (в сертификации телефонов) органами — «хотя бы до одного месяца».

Поделитесь материалом с коллегами и друзьями