Реклама

Как отметили эксперты в рамках II Московского ID-Форума, прошедшего в конце сентября, развитие рынка средств радиочастотной идентификации (RFID) в России происходит медленно из-за низкой образованности специалистов и их слабого взаимодействия между собой. Западные аналитики утверждают, что наш рынок отстает от зарубежного на 7-10 лет.

«Технология интересует многих, однако большинство компаний отказываются от нее на стадии пилотного проекта из-за высокой стоимости меток, которая в крупных проектах достигает 50% общих проектных расходов. В России эта участь постигает три четверти проектов», — заявила Анастасия Григорьева, ведущий аналитик НПП «Радар ммс». К сожалению, объем российского рынка RFID оценить почти невозможно из-за закрытости информации; можно лишь отметить его рост, который по итогам 2014 года составил около 30%.

Наиболее масштабным сегментом применения RFID остаются средства контроля доступа и розничная торговля. Далее с большим отрывом следуют «умные» билеты и производство. Тем не менее самым окупаемым направлением считается военная промышленность, где такие решения используются для идентификации активов.

В ближайшем будущем наиболее активными пользователями радиочастотных технологий будут почта, легкая промышленность и оборонный сектор. Именно они представляют основные точки роста RFID в России.

Трудные уроки

Темой отдельной дискуссии стали причины высокой доли «смертности» RFID-проектов. Почему закрываются пилоты? Как правило, проекты оказываются либо полезными, но слишком дорогими, либо компании и вовсе не видят явных выгод от внедрения.

Часто, даже при получении желаемого эффекта в пилотной зоне, после подсчета полной стоимости проекта заказчик предпочитает «немного подождать». Бывают и более печальные ситуации, когда компании, желающие внедрить RFID, не понимают, что им придется перестроить бизнес-процессы и пойти на существенные организационные изменения. Неготовность к изменениям приводит к плохим последствиям: например, не получается обеспечить гарантированное считывание метки, а значит, рушится вся концепция проекта.

«Заказчик зачастую думает, что внедрить RFID просто, но это далеко не так. Возможности собственных ИТ-специалистов переоцениваются, а неудачи негативно влияют на имидж RFID-технологий в целом», — подчеркнул Эльдар Вагапов, председатель ассоциации AIM Russia.

Самым ярким примером, иллюстрирующим такой подход, стал проект компании «Центробувь», закупившей пару лет назад одно из западных решений и получившей от поставщика лишь коробки с оборудованием и инструкции по его эксплуатации. В результате проект был признан крайне дорогостоящим и нецелесообразным для продолжения. В проектах RFID, как и во многих других, чрезвычайно велика роль консалтинга: компаниям весьма рискованно делать что-либо самостоятельно с целью «набить шишек» и приобрести опыт.

Еще одним тежелым уроком стал проект «Магазин будущего», реализованный «Роснано» совместно с X5 Retail и закрытый в прошлом году. В этом случае речь шла о неэффективном использовании выбранных решений.

«Задача была благородной, но ее реализация совершенно неверна», — заявил Сергей Дудников, директор Центра междисциплинарных проектов ЛЭТИ. Использование весьма дорогостоящих технологий RFID позволяет повысить скорость транзакций и удобство процессов – именно за это заказчики и платят немалые деньги. Но чтобы получать максимальные преимущества от них, надо маркировать продукцию еще на стадии производства – лишь тогда использование столь продвинутых технологий обретает смысл и начинает окупаться. На стороне ретейлера такой проект реализовывать смысла нет, ведь одно из ключевых преимуществ, предоставляемых RFID, — маркировка каждого конкретного изделия и возможность отследить его индивидуальную судьбу. Необходимо понимать, какие преимущества способна дать технология Интернета вещей, так как есть более простые и дешевые решения. Многие компании просто не готовы работать с порождаемыми ею данными.

Картины на гастролях

Несмотря на появляющийся на рынке негатив, есть много и удачных примеров использования RFID, и одним из них стал проект, реализуемый в музее «Эрмитаж». В музее хранится около 10 тыс. картин, и в общей сложности 3 млн экспонатов различного формфактора, каждый требует маркировки.

Как отметил Дудников, маркировка музейных экспонатов похожа на маркировку библиотечных фондов, однако задачи сильно различаются. Кроме того, музеи зарабатывают хорошие деньги и имеют возможность и желание внедрять решения с мощным функционалом. Их интересуют не только учетно-идентификационные функции и контроль выноса, но и система «свой-чужой». Кроме того, особенностью музеев является то, что многие бесценные экспонаты отправляются «на гастроли» на различные выставки, и требуется гарантировать их возврат.

Еще одной задачей, решаемой «Эрмитажем» с помощью RFID, стало улучшение работы гардеробных. Было необходимо визуализировать информацию о секциях со свободными местами и обеспечить сохранность одежды. Перспективной же задачей, которую планируется решить в будущем, является сбор информации о предпочтениях посетителей и их маршрутах.

Вагапов рассказал о глобальном RFID-проекте, реализуемом на территории РФ и Таможенного союза, – системе маркировки товаров легкой промышленности контрольными идентификационными знаками. Для меховых изделий такие знаки будут содержать RFID-метки, а в будущем спектр охваченных изделий будет расширяться.

Первоочередной задачей при этом является повышение собираемости налогов: неучтенный импорт товаров легкой промышленности в 2014 году превысил 10 млрд долл. Кроме того, ожидается устранение административных барьеров: проверки проводятся быстро, и сокращается область для злоупотреблений. Система должна заработать 1 апреля 2016 года, хотя, по словам Вагапова, успеть в срок поможет лишь чудо.

Для России реализация столь глобального проекта становится хорошей возможностью дать мощный толчок рынку. По крайней мере, предприятия легкой промышленности смогут использовать в системах автоматизации технологии RFID без дополнительных затрат на маркировку.