Реклама

Жить в цифровой экономике означает постоянно быть готовым учиться чему-то новому, уметь использовать самые последние технологии как в профессии, так и в быту. О том, чему и как учиться, и почему это удобно делать в период, когда экономика переживает кризис, рассказал Computeworld Россия директор Учебного центра «Специалист» при МГТУ им. Н. Э. Баумана Дмитрий Гудзенко.

— Начнем с волнующего всех вопроса — какие профессии станут востребованы в ближайшем будущем?

Останутся востребованными все специальности, связанные с машинной обработкой информации и программированием, хотя, конечно, они несколько трансформируются. Больших Данные и Интернет вещей, самоуправляемые автомобили и биочипы — для всего этого потребуются люди, способные переводить человеческие идеи и потребности на язык машин и в «железо».

С другой стороны, будут востребованы профессии класса «человек-человек». Это относится и к такой области, как работа с кадрами, но не в привычном плане поиска кадров, а в их эффективном обучении, работе с ними на ином уровне, прежде всего в области мотивации, стимулирования, вовлечения в работу. Речь идет о всевозможных тренерах, менторах, социологах, специалистах, понимающих психологию людей, их потребности.

— Какие требования выдвигает цифровая экономика в плане обучения?

Происходит гигантский скачок в обучении, изменение самого подхода к его организации. Традиционная система обучения построена на принципах, когда книги были редкостью, и основана на том, что преподаватель что-то рассказывает своим слушателям. Сейчас источников информации огромное количество, но система во многих вузах осталась прежней. Бросается в глаза огромный конфликт между возможностями, которые приносят новые технологии, и страхом, что компьютер заменит преподавателя.

Но несмотря на то что цифровая экономика дает возможность получить знания где угодно и когда угодно, не требуя знания фактов, это не отменяет необходимости системного подхода, создания каркаса, фундаментального знания.

С другой стороны, все меняется, профессии быстро устаревают, уже нельзя спокойно выучиться и всю жизнь работать в одной профессии. Цифровая экономика вынуждает учиться постоянно, стремительно перестраиваться, все время осваивать новые технологии.

— Существует ли дефицит таких кадров в госсекторе?

Думаю, здесь нет проблемы. В госсекторе идет смена поколений, на государственные должности приходят молодые люди, которые уже активно используют новые технологии.

— А чему нужно научить «цифровых граждан» — потребителей электронных госуслуг?

Я считаю, основная задача — научить работать с цифровыми госуслугами. Потому что электронные госуслуги работают во многом лучше, чем «аналоговые», реагируют на наши обращения и жалобы. Но это не задача центров обучения, а скорее работа государства, которое должно активно пропагандировать новые способы взаимодействия.

Дмитрий Гудзенко: «Мы перевернули общепринятую модель обучения — предложили студентам слушать лекции дома, а задания делать с преподавателем, и процесс обучения стал гораздо более эффективным»

— Сейчас активно обсуждается, в том числе на госуровне, тема импортозамещения, и все больше компаний задумываются о переходе на отечественное ПО. Вы ощутили потребность в обучении пользоваться такими продуктами?

Тенденция импортозамещения в ПО, конечно, сказывается и на нас. Например, очевиден очередной всплеск интереса к Linux. Вырос интерес к программированию на «1С», оживились и другие курсы, ориентированные на отечественные продукты, но все-таки пока это не является заметной тенденцией. Многие сейчас покупают отечественные САПР, но огромного спроса на соответствующее обучение нет, в отличие от курсов по Autocad. Слушатели справедливо считают, что научиться работать с альтернативными продуктами им будет несложно. То же самое касается офисного пакета «МойОфис», вряд ли его будет сложно освоить человеку, знакомому с Microsoft Word.

Обучение более консервативно, чем ИТ-отрасль, но, даже если произойдет резкий разворот в сторону оте­чественных продуктов, потребуется время, чтобы перестроилась и система ИТ-образования.

— Мы видим бурное развитие образовательных интернет-сервисов, таких как Coursera. Что им могут противопоставить «классические» центры образования?

Я думаю, нужно не противопоставлять им свои программы, а активно пользоваться методами, которые те используют. Все то, что дают онлайн-сервисы, может быть частью смешанного обучения, и к нему мы движемся. Например, мы можем включить в программу видеокурс гуру с Coursera, дополнив семинаром с нашим преподавателем.

Важно помнить, что очные занятия — это еще и живое общение, как с преподавателем, так и с одноклассниками. На наших занятиях встречаются люди из разных областей, которых объединяет интерес к изучаемому предмету.

Наши слушатели ждут от нас не лекций, они ждут, что мы поможем разобраться, дадим общие основы, проверим знания — то, чего не дают онлайн-курсы. Мы даем систему знаний, отвечаем за эти знания, к нам можно предъявить претензии, у нас есть репутация, это то, чем мы сильны. Человек сам волен выбирать, какое обучение ему больше подходит — смешанное (которое удобнее, но дольше) или очное (оно всегда быстрее и эффективнее, но и дороже).

То же самое и с курсами, которые разрабатывают вендоры. Мы не противопоставляем их курсы своим, а дополняем. Например, Microsoft делает свои видеокурсы, а мы готовы дополнить их своими семинарами.

— Как изменились слушатели курсов за те 25 лет, которые работает «Специалист», и изменились ли? Есть ли заметная разница в способах восприятия информации, уровне подготовленности?

Да, изменились. Если в 1990-е годы мы просто удовлетворяли потребность в компьютерной грамотности, то сейчас этот спрос почти иссяк. Нынешним слушателям требуются более разнообразные, более глубокие знания, более широкие специализации. Спросом также пользуются длинные курсы, дипломные программы, которые мы тоже запустили.

Что касается уровня подготовки, то я, конечно, могу, как и все, посетовать на клиповое мышление, низкий уровень знаний молодых людей, которые приходят из школы. Изменилось отношение к обучению, но это зависит скорее не от поколения, а от общей экономической обстановки в стране. Когда все хорошо, зачем напрягаться? Когда становится плохо, возникает потребность чему-то научиться. За 25 лет работы у нас, например, появилась верная примета — если в январе много слушателей, значит, дела в экономике идут плохо, люди предпочитают учиться, а не отдыхать в праздники. В нынешнем январе было очень много слушателей.

— Вы говорили о смешанном обучении. Что оно подразумевает?

Еще в 2009 году мы стали использовать удаленное подключение к очным группам, когда слушатели могут не только видеть лекцию преподавателя, но и отвечать ему.

Обнаружив, что записи с таких вебинаров очень полезны, мы создали на их основе новый формат для технических курсов — open learning (открытое обучение). Он подразумевает очное обучение, но при этом студенты слушают запись курса, находясь в классе, выполняют упражнения, а преподаватель взаимодействует с каждым из них. Это сократило нагрузку преподавателей и одновременно позволило увеличить количество студентов.

Затем мы внедрили еще один формат — очно-заочное обучение, или Flip class room («перевернутый класс»). Студенты дома смотрят видеолекции, а домашние задания делают с преподавателем.

А сейчас мы возродили «почти безлимитное» обучение. Это похоже на модель SaaS, на которую перешли многие ИТ-компании. Оплатив подписку, в течение года можно подключиться практически к любому курсу по вебинару. К сегодняшнему дню на такое обучение записалось около сотни человек.

Купить номер с этой статьей в PDF