В России Oracle появилась 20 лет назад. Те представители советского программистского сообщества, которым посчастливилось в 1983-1984 годах начать работать с первыми экземплярами Oracle, попадавшими в нашу страну не вполне легальными путями, остались верны этой системе на всю жизнь. Им и предоставим слово.

Юрий Сайгин, генеральный директор компании «РДТех»:

В 1976 году, после окончания Физтеха, я попал в Институт физики высоких энергий в Протвино, в те годы бывший самым крупным компьютерным центром в Советском Союзе, где использовалась современная вычислительная техника — ICL, затем VAX, вторая в мире машина DEC-10. Вычислительные задачи требовали большой и квалифицированной команды программистов, которые разрабатывали операционные системы, трансляторы, другие системные и прикладные программы.

В Протвино находился самый большой ускоритель в мире. Шесть раз в год проводились эксперименты, в ходе которых накапливались огромные объемы информации. Ее необходимо было обрабатывать и хранить. Встал вопрос о выборе СУБД. В ИФВЭ в то время уже использовались IMS, Adabas и другие системы. В 1984 году у нас появилась Oracle4 для VAX/VMS. На Oracle были переведены все приложения, от бухгалтерских систем до систем управления ускорителем. В институте число пользователей Oracle достигало 100 человек. Кроме нас, сильная команда «ораклистов» сформировалась в Москве во ВНИИСИ — позднее она составила ядро компании ФОРС.

Юрий Сайгин: «Так получилось, что IBM в физических лабораториях проиграла в свое время DEC. Все физические лаборатории в мире работают в кооперации и поэтому стараются стандартизовать свои решения, чтобы облегчить обмен информацией и программами. А коль скоро наши коллеги на Западе выбрали VAX, то эту технику использовали и мы. У них появилась СУБД Oracle, и вслед за ними ее взяли на вооружение и в Протвино»

В Oracle все построено на привычном для математиков аппарате реляционной алгебры; этим, собственно, СУБД и привлекла тогдашних программистов всех стран. Хотя с точки зрения производительности и надежности она уступала традиционным сетевым и иерархическим СУБД, в то время у нас мало кто думал о производительности. Даже жаль, что следующие поколения программистов в таком «инкубаторе» жить не смогут — когда можно писать на тех языках, которые тебе нравятся, заниматься тем, что тебе интересно.

Oracle была простой и естественной системой. Безусловно, были ошибки, с которыми мы пытались бороться, но тем не менее она работала так, как было написано в документации. Нас никто не заставлял внедрять именно ее; в ИФВЭ продолжали работать и другие системы. Но так получилось, что Oracle естественным образом вытеснила все остальные.

Выбор обусловило и еще одно обстоятельство. Так получилось, что IBM в физических лабораториях проиграла в свое время DEC. Все физические лаборатории в мире работают в кооперации и поэтому стараются стандартизовать свои решения, чтобы облегчить обмен информацией и программами. А коль скоро наши коллеги на Западе выбрали VAX, то эту технику использовали и мы. У них появилась СУБД Oracle, и вслед за ними ее взяли на вооружение и в Протвино.

Нам пришлось достаточно много заниматься локализацией Oracle. Поскольку продукт был нелегальным, поддержка отсутствовала, равно как и доступ к исходным кодам. Приходилось искать соответствующие места в двоичном коде и исправлять их так, чтобы можно было работать с данными на русском языке. В результате у нас получилась полностью локализованная версия, включая комплекты основной документации на русском языке.

Модификации системы появлялись у нас с частотой перемещения сотрудников ИФВЭ между Протвино и ЦЕРНом, который до сих пор остается одним из самых больших заказчиков Oracle. А наш институт был флагманом отечественного программистского сообщества, в те годы очень дружного. К нам приезжали, переписывали Oracle, брали нашу документацию, и таким образом СУБД распространялась по стране. Поначалу пользователями Oracle в основном были научные организации, поскольку VAX (на первых порах — основная платформа для Oracle) была во всех отношениях дорогой — и по цене, и по уровню специалистов, которые должны ее обслуживать. В середине 80-х появилась группа пользователей Oracle, главной задачей которой стала информационная поддержка. Ее работа была очень важна, ведь официально корпорация Oracle у нас в стране тогда не была представлена, а Internet не существовало. Сейчас группа потеряла актуальность и практически прекратила свое существование; все ее функции реализует сама корпорация и ее партнеры.

Алексей Голосов, генеральный директор холдинга ФОРС:

Мой учитель Михаил Самсонович Цаленко, известный специалист в области теории баз данных, руководил постоянно действовавшим в Москве семинаром «Теория и методология проектирования информационных систем», тридцатилетие которого будет отмечаться этой осенью. Я начал участвовать в семинаре Цаленко в 1976 году, еще будучи студентом, а затем привлек туда своих коллег по ВНИИ системных исследований, куда пришел работать в начале 80-х.

ВНИИСИ в силу ряда причин был привилегированным заведением и всегда обладал очень хорошей технической базой. В институте работало много талантливых ученых. Многие молодые люди, пришедшие в институт в конце 70-х, сегодня стали известными бизнесменами, общественными деятелями. В те годы в институте развивались два направления, связанные с разработками в области баз данных. Отдел Владимира Львовича Арлазарова занимался созданием известной в то время системы ИНЭС, а отдел системного моделирования (его возглавлял Виктор Арчилович Геловани) одним из первых в стране стал работать с машинами DEC, которые использовались для задач системного моделирования, требовавших обработки очень больших массивов данных. Одним из основных проектов было создание системы моделирования процессов глобального развития.

В 1983 году встал вопрос о переходе со старой СУБД DBMS 11, основанной на CODASYL. Для нас тогда уже было очевидно, что будущее за реляционными базами данных. Команда Арлазарова очень критиковала нас за приверженность этому подходу, однако мы твердо решили выбрать реляционную СУБД и благодаря усилиям Геловани сумели этот выбор осуществить. В значительной степени на наше решение повлияла статья в журнале Datamation, где проводилось сравнение появившихся тогда на рынке систем. Все они носили экспериментальный характер. Основное влияние на эту область оказал проект System R. На его основе в IBM были разработаны две СУБД — SQL/DS и DB2. По описанию этого проекта Ларри Эллисон со своими друзьями создал Oracle. Кроме того, существовала университетская система Ingres.

Надо было выбирать. Известны две версии того, как произошел этот выбор. Одна — красивая, свидетельствующая о нашем глубоком уме и дальновидности. Вторая, более правдивая, состоит в том, что у нас был только компьютер VAX. Поэтому вариант IBM автоматически отпадал. По ряду причин вариант Ingres нас тоже не устроил, оставалась СУБД Oracle.

Расскажу и «красивую» версию. На тот момент велась серьезная борьба между языками SQL и Quel. Первый шел от IBM, а второй — от Ingres, тоже очень хорошей системы. Но вопрос состоял в том, что индустрия возьмет в качестве стандарта. Влияние IBM было очень велико. Это означало, что SQL станет стандартом на долгие годы. Так и произошло. В результате Ingres, несмотря на целый ряд интересных решений, оказалась на обочине. Но, по правде сказать, тогда мы мало руководствовались подобными соображениями. Мы были академическими людьми и не очень задумывались о проблемах бизнеса, нам нужно было решать свои задачи.

Итак, мы выбрали Oracle. В 1983 году у нас появилась эта система. Конечно, поставка была неофициальная. Надо признаться, что на момент появления у нас система (в это время она переходила со второй на третью версию) была еще достаточно «сырой», но благодаря таким умельцам, как Дмитрий Безруков, удавалось решить многие проблемы. Он занимался локализацией, технической поддержкой и обслуживанием Oracle. Мы внедрили систему в ряде проектов, сумев соединить в них хорошую теоретическую подготовку в области баз данных с солидным практическим опытом работы.

Круг решавшихся на Oracle задач был широк — от простых, наподобие кадровой системы для ВНИИСИ, до весьма масштабных, таких как моделирование процессов глобального развития. При решении последней задачи не было известно заранее, с какими объектами надо работать. Данные поступали с информационных лент, для которых можно было выделить типы запросов, но нельзя было предсказать, с какими объектами они будут работать. Поскольку нельзя было каждый день менять схему базы данных, пришлось подняться на уровень выше — создать метабазу. Так возникла довольно сложная конструкция, что могло отрицательно сказаться на производительности. Приходилось искать компромисс. Была придумана специальная технология, которая позволила реализовать этот проект на Oracle. Примерно в это же время СУБД Oracle появилась в Институте физики высоких энергий в Протвино, с которым нас связывали дружеские отношения. Тем или иным способом доступ к Oracle получили и ряд других организаций. Кроме того, как это было принято в советские времена, появился отечественный вариант системы под названием КАРС. Примерно с 1985 года начала функционировать группа пользователей Oracle. Такого доступа к информации, как сейчас, тогда не было, и группа поддерживала среду общения специалистов в области разработки информационных систем. В основном шел обмен информацией о самом продукте, его свойствах и о прикладных системах, которые делались на Oracle. В отечественном сообществе Oracle шел постоянный свободный обмен, никакой конкуренции. Если у нас что-то новое появлялось быстрее, мы могли поделиться с Протвино. А они с нами.

Думаю, в Oracle недооценивают важности распространения нелегальных версий в 80-е годы в нашей стране. Компания совершенно справедливо считает это пиратством. Но одновременно это были и «непрямые инвестиции» в отечественный рынок. И когда корпорация Oracle официально пришла в Россию, здесь уже было много квалифицированных специалистов. И то, что Oracle удалось моментально завоевать наш рынок, в значительной степени связано с тем, что происходило в предыдущее десятилетие. Компания недополучила денег на лицензиях, но зато вышла на подготовленный рынок. В области систем управления базами данных Oracle в России стала почти монокультурой.